|
Педагогическая деятельность М.А. Рыбниковой вяземского периода
Павлов Н.Е., к.п.н., доцент ВФ ГОУ МГИУ
Среди педагогов, внесших значительный вклад в обновление содержания образования, была М.А. Рыбникова (1885-1942) – педагог-новатор и теоретик, одна из зачинателей советской методики преподавания русского языка и литературы, фольклорист и этнограф, литературовед и художник. Имя М.А. Рыбниковой вошло не только в педагогические и краевые энциклопедии и справочные издания, но и общероссийские энциклопедии: «Краткая литературная энциклопедия», «Советский энциклопедический словарь», «Педагогическая энциклопедия» и др.
Мария Александровна Рыбникова родилась (8.(20). II. 1885 на станции Александровка Рязанско-Уральской железной дороги, ныне Новодеревенского района Рязанской области. Детские годы ее прошли в небольшом имении Горбово Гжатского уезда Смоленской губернии, где жили родственники матери. «С Горбовым связаны первые попытки общественно-педагогической деятельности М.А. Рыбниковой. В летние месяцы, приезжая на каникулы, она ведет здесь регулярные учебные занятия с небольшой группой детей. По свидетельству ее старшего брата проф. Н.А. Рыбникова, это была своеобразная лесная школа. В 1905-06 учебном году, когда высшие женские курсы, на которых обучалась Рыбникова, были временно закрыты, она без разрешения местных властей открыла в соседней с Горбовым деревне школу для деревенских детей. «Предосудительная» деятельность московской курсистки чуть не окончилась ее арестом», – сообщает один из исследователей творческого пути М.А. Рыбниковой Я.А. Роткович, который в данном случае пользуется рукописной биографией М.А. Рыбниковой, написанной ее братом проф. Н.А. Рыбниковым. Неброскую, но весьма своеобразную природу Смоленщины, патриархальный уклад старинной купеческой фамилии Щукиных, своих родственников, М.А. Рыбникова впоследствии запечатлела в большом очерке, посвященном истории этой семьи, – «Горбовской хронике», вышедшей в Москве в 1919 г.
Ко времени учения в Мариинском училище относится первый ее опыт педагогической работы. Как одной из самых способных учениц, М.А. Рыбниковой поручают давать уроки младшим ученицам. М.А. Рыбникова была одной из лучших выпускниц 1903 года – окончила училище с золотой медалью. Два года после окончания училища она учительствовала в школе, но от педагогического труда на данном этапе удовлетворения не испытывала: чувствовала пробелы в подготовке, понимала необходимость получения высшего педагогического образования. В 1904 г. Рыбникова поступает на Московские высшие женские курсы. Ее учителями на Высших женских курсах были известные педагоги-филологи П.Н. Сакулин, А.Е. Грузинский, А.Н. Веселовский. После окончания Высших курсов М.А. Рыбникова увлекается идеей создания собственной школы, однако вскоре убеждается в невозможности для нее осуществления этого плана и решает ехать на работу в вяземскую гимназию.
Характеризуя начальный (Вяземский) период деятельности М.А. Рыбниковой и указывая на особую одаренность «педагога-практика», ее «тесную связь со школой и учительской массой», Я.А. Роткович пишет: «… она на первых порах испытала на себе сильное влияние педагогической теории «свободного воспитания» и идеалистической эстетики». Я.А. Роткович утверждает, что реформирование школы должно начаться с внеклассной работы, где имеется меньше вредных традиций, с тем, чтобы в дальнейшем постепенно можно было перенести методические достижения внеклассных занятий в классное преподавание».
Основываясь на своем опыте работы в вяземской гимназии, М.А. Рыбникова в одном из своих первых крупных научных трудов «Изучение родного языка» (1921 г.) предлагала свою оригинальную систему стилистических упражнений, видя в них путь к постижению своеобразия писателя через его специфический язык. «Искателям нового слова»: Державину, Гоголю, Лескову, Достоевскому, Бальмонту она отводит особое место. Но по сути своей, педагог развивает идеи, сформулированные в середине ХIХ столетия основоположником филологического метода Ф.И. Буслаевым. Так что ни о каком пренебрежении М.А. Рыбниковой идеями предшествующей «старой» русской школы говорить не приходится. Но самое существенное заключается в том, что и Я.А. Роткович, и Т.В. Витторф, и целый ряд других историков методики до самого недавнего времени, противопоставляя урочную и внеурочную деятельность в педагогическом творчестве М.А. Рыбниковой, искажали ее концепцию преподавания, суть которой как раз была в органическом единстве этого процесса, в неразрывной связи урока с внеурочной работой, составляющей целостную систему. Сужение или отрицание одной из составляющих в равной мере были несвойственны концепции М.А. Рыбниковой. Совершенно справедливо понимание проблемы А.Д. Дейкиной. Она пишет: «Из ряда возможных позиций 1) только обучение, 2)обучение, а затем воспитание, 3) воспитание и обучение) [М.А. Рыбникова] выбирает воспитывающее обучение Поэтому так значимо было для Рыбниковой понятие целостности: целостности методической системы, целостности всего школьного процесса, целостности в преподавании отдельной учебной дисциплины». «Я учу понимать связь явлений» – вот педагогическое кредо М.А. Рыбниковой. Современники вспоминали, что Мария Александровна с любовью преподавала литературу, увлекалась выразительным чтением, экскурсиями, иллюстрировала художественные тексты, умело вводила детей в мир природы.
Уже с первых уроков в Вяземской женской гимназии М.А. Рыбникова поняла: только уроков недостаточно для того, чтобы «взять ученика», чтобы заинтересовать его предметом и стимулировать рост творческого потенциала ребенка. Учительница записывает в своем дневнике: Из записей в дневнике: «Пять самых разнообразных курсов с целым рядом грандиозных вопросов. Я подавлена количеством всего этого и пока безнадежно взираю на будущее. Вообще дела, дела – уйма.
Я будто в Вязьме уже давно, давно. Так много пришлось видеть, слышать, столько впечатлений и волнений. Класса, детей я уже не боюсь, бодро и весело иду в класс. На меня смотрят как будто приветливо и доверчиво. Ходят смутные слухи, что я им понравилась. Хочется, конечно, завязать сношения поближе, нужен был бы кружок, нужны были бы вечера литературные. Но сейчас мне буквально некогда приниматься за это». Нам кажется справедливым утверждение О.Ю. Богдановой о том, что педагогическое наследие М.А. Рыбниковой остается еще не досконально прочитанным.
В Вязьме начинается опыт по использованию в школе собранного учащимися вместе с педагогом фольклорного и этнографического материала. Об этом опыте рассказано ею в ранней методической статье. Работа по собиранию произведений устного народного творчества доставляла ученикам М.А. Рыбниковой огромную радость. Вот как вспоминает об этом одна из учениц М.А. Рыбниковой: «У нас возникло даже что-то вроде соревнования – кто больше принесет пословиц. Я обращалась ко всем встречным и поперечным…
С особым жаром я набрасывалась на старух. Лезла к ним на печь, втиралась в дружбу, надеясь на хорошую поживу. Ворча, кряхтя и почесывая спицей голову, старушка выкладывала наконец свой запас житейской мудрости… Я ликовала.
Когда их (пословиц) набиралось много, мы вдруг увидели, что они могут быть разбиты на группы, как по смыслу, так и по форме».
Собранный и обработанный материал затем внимательно изучался. Гимназистки вместе со своим наставником писали сценарий представления и показывали на сцене. Судя по статье М.А. Рыбниковой, успех представления был абсолютный, равно как безграничной была творческая радость участниц фольклорного поиска и театрального действа.
М.А. Рыбникова постоянно искала новые формы работы по активизации познавательной деятельности учащихся и развитию их творческого потенциала. Одной из апробированных в России форм в этом направлении было привлечение учеников к созданию собственных ученических изданий – журналов и альманахов. Их история начиналась с журналов Царскосельского Лицея. Журнал вяземских гимназисток отличался от подобных изданий в гимназиях и других средних учебных заведениях России. Он включал в себя прежде всего тексты докладов, разработанных и прочитанных гимназистками на межгимназических литературных собраниях. Часть из этих творческих сочинений учениц вошло в сборник «На распутьи», изданный в 1917 г. с предисловием Н.А. Рыбникова. В этот же сборник вошли материалы М.А. Рыбниковой о педагогической профессии, прочитанные ею в Московском учительском доме.
Ученические литературные собрания, организованные М.А. Рыбниковой в Вязьме для гимназисток VII и VIII классов, проводились во внеурочное время в неофициальной обстановке. «Темы, – сообщает их руководительница, – у нас объявлялись заранее, писались докладчики, причем на одну и ту же тему не менее двух, чаще трех-четырех человек; доклады подавались дня за два до собрания, заранее намечался докладчик, лица, писавшие на ту же тему, знакомились с намеченной работой и приготавливались возражать». Помимо того, что такая организация дела стимулировала активную самостоятельную работу учащихся, давала возможность проверить свои успехи в творческом соперничестве с одноклассниками, она являлась еще важным средством поощрения интеллектуального труда, способом привития навыков серьезной исследовательской деятельности и давала возможность самореализации, что особенно существенно в юношеском возрасте. Было важно еще для педагога приучать воспитанниц к интеллектуальному и человеческому общению. М.А. Рыбникова вспоминает в книге, что поначалу девочки по традиции («первая гимназия смотрит свысока на вторую – и обратно»; «держались кучками, но потом, в работе, в спорах, в пении, в играх – все перемешивается, сливается воедино; к середине года в общей массе замечается уже знакомство, а в отдаленных случаях – дружба между девочками разных классов и гимназий». Учитывает педагог важнейший психологический фактор, необходимый для молодежного общения, – фактор новизны в создании определенного эмоционального состояния и обретения эмоционального комфорта: «Новые голоса, новые лица – все это поднимает интерес, приятно. Волнует, заставляет внутренне мобилизоваться и дать максимум находчивости и остроумия».
О значимости и серьезности проблем, обсуждаемых на литературных собраниях, свидетельствует совместный выбор тем. Темы определялись на учебный год. Это позволяло участникам собраний выбрать интересный для себя круг вопросов, определиться со временем, хорошо подготовиться к выступлению или оппонированию. Так, в 1913 г. центральной была тема «выбор профессии», в 1914 г., в год начала Первой мировой войны, литературные чтения посвящались союзнице России в антигерманской коалиции Бельгии, ее истории и культуре, в 1915 – «Россия и русские». Общественно-политическими темами дело, естественно, не ограничивалось – собрания прежде всего были литературными. Тематика докладов высвечивает и интересы участников и в то же время говорит о достаточно высоком и сложном уровне их содержания: «Мировое и национальное в поэзии Пушкина», «Письма Чаадаева», «Гоголь и Россия», «Русская печать в поэзии Некрасова» и др. О литературных собраниях в Вязьме М.А. Рыбникова писала в своих статьях: «Темы для внеклассных бесед с кончающими курс средней школы» и «Опыт гимназических собраний в Вязьме». Опыт вяземской учительницы получил достаточно широкий резонанс не только в Вязьме, но и был воспринят за ее пределами, в том числе, и в Москве. После выступлений М.А. Рыбниковой в московской печати и на I Всероссийском съезде преподавателей русского языка (декабрь 1916 – январь 1917 г.;) подобные объединения школьников стали открываться в ряде московских гимназий.
Важнейшим фактором нравственного и эстетического воспитания и формирования гуманистической личности М.А. Рыбникова считала общение с миром природы. Здесь она применяла целый комплекс педагогических и методических средств. Это были и творческие работы учащихся о природе по личным впечатлениям, и сочинения о месте и роли пейзажа в произведениях русских писателей и поэтов, и организация всевозможных конкурсов выразительного чтения, и экскурсии в природу с различными тематическими заданиями. Педагог развивает в детях «умение видеть и любоваться», тонко чувствовать мир природы и одновременно сказать об увиденном и прочувствованном точно и емко. В таких работах оттачивалось человеческое зрение, воспитывался тонкий, обостренный слух, оттачивалась манера письма. «Пора пробуждения чувства природы, эстетического восприятия мира – это пора 12-13 лет, – пишет М.А. Рыбникова. – Если в эти годы, в третьем, четвертом, пятом классе, не помочь подростку в развитии его умения видеть и чувствовать, – результаты могут быть очень плачевные. 15-16-летние девушки могут обнаружить совершенную невосприимчивость, полную глухоту и слепоту – что может быть ужаснее и печальнее».
На формирование педагогических взглядов и предпочтений молодой учительницы, безусловно, оказывала влияние та обстановка, которая складывалась в конце ХIХ – начале ХХ века в России. М.А. Рыбникова была приверженцем идей Л.Н. Толстого о народном образовании. Опыт яснополянской школы, его журнал «Ясная Поляна», его книги для чтения, опыт его последователей и прежде всего С.А. Рачинского не были для нее безразличны. Рыбникова была в кругу проблем свободного воспитания и демократизации школы, которые постоянно дискутировались на страницах русских педагогических издания: журналов «Русская школа», «Свободное воспитание» (этот журнал начал издаваться как раз в годы прихода в вяземскую гимназию молодой учительницы-словесницы), «Семья и школа» и многих других. Именно в эти годы разрабатываются принципы создания Дома свободного ребенка К.Н. Вентцелем (1857-1947). В Москве в 1906-1909 гг. пытается он реализовать свою идею. Нечто подобное начинает занимать М.А. Рыбникову: она мечтает о создании Дома юности – образовательного учреждения, которое будет для ученика не казенной казармой, не холодной и бездушной аудиторией, а именно домом, где каждый обретет понимание и поддержку, право на сочувствие и помощь, чувство братства и семьи. «Домом юности должна быть каждая гимназия, каждая школа», – мечтает молодая учительница вяземской женской гимназии. Она недовольна тем, как протекает ученическая жизнь. Она чувствует некую тяжесть в школьной гимназической атмосфере. И не только у себя в гимназии – эта атмосфера присуща многим учебным заведениям. С горечью пишет: «Тяжко и нудно протекала и протекает в большинстве наших школ ученическая классная жизнь. Уроки скучны и неинтересны. Это ужасное зло, сводящее на нет всю нашу школу, продолжает еще существовать». Может быть, именно поэтому часто литературные занятия с гимназистками обеих вяземских гимназий она проводит у себя на квартире, где всегда остается старшей, но становится равной.
Опыт работы в Вяземской женской гимназии был обобщен и развит в книге М.А. Рыбниковой «Кружки учащихся», вышедшей в 1918 г. в «Библиотечке для юношества» Педагогического Музея Учительского дома в Москве. Ее редактировал и написал предисловие Н.А. Рыбников. Работа была призвана на основании многолетнего личного опыта М.А. Рыбниковой «дать некоторое руководство по части организации в кружках учащихся». Обращаясь к читателям, учащимся школ, Н.А. Рыбников подчеркивает не только важность работы кружков школьников, но и ведение учета этой деятельности, собирание протоколов, тезисов, докладов, ученических журналов», которые затем могут быть отправлены в создаваемый отдел юношествоведения Педагогического Музея.
События Февральской революции вселили надежды на решительную демократизацию в сфере образования. Появилась и стала необыкновенно популярной идея домов юности. «Молодежь, - пишет М.А. Рыбникова, – с шумом вылилась из стен своих гимназий и объединилась вне учебных заведений. Эти ученические организации ставили своей целью создание домов юности». Вяземская учительница не просто сочувствовала наметившемуся процессу демократизации. Она готовила этот процесс сама в условиях женской Александровской гимназии, соединяя процесс обучения и воспитания, разрабатывая и вводя в практику новые виды и формы внеурочной деятельности гимназисток. Она, как и сотни ее коллег из различных уголков России, мечтала о создании дома юности: «Дом юности – это всероссийский девиз гимназических союзов. Выйдя из Рязани, эта мысль захватила учащихся Екатеринодара, Нижнего Новгорода, Москвы, Гомеля, Царицына, Вязьмы и т.д.; всюду ею живут учащиеся, возлагая на нее самые светлые, самые лучшие свои надежды». По представлениям М.А. Рыбниковой, «дом юности – это то целое, которое, соединив учащихся какого-либо городка, дает возможность каждому члену найти работу, найти занятие по своему вкусу и по своим силам». Эта идея может воплотиться в жизнь, по мнению педагога, только при организации и на достаточно высоком уровне самоуправления учащихся. В связи с этим кружковцы (педагоги, гимназисты) разработали основные правила работы кружка. М.А. Рыбникова не фетишизирует эти «Правила»; они давали положительный результат в ее педагогической системе. Но столь же очевидно, что был найден набор определенных методов, проводимых в системе и неукоснительно, положительных результатов добиться невозможно: «Метод должен быть, и добавлю, что, в частности, наш способ работы проверен опытом и дал благоприятные результаты».
Было сформулировано 9 правил:
1. В кружке пользуются равными правами учащие и учащиеся.
2. Председателем кружка является наиболее авторитетный из учителей, по выбору учащихся.
3. Для своей работы кружок избирает на год или на полугодие один определенный вопрос.
4. Каждая тема разрабатывается несколькими докладчиками.
5. Доклады должны быть известны членам кружка до заседания.
6. Для кружка желательно соединение классов и учебных заведений.
7. Заседания кружка должны созываться редко.
8. В программу заседания включается не только полезное, но и приятное.
9. Выступающие в кружке должны к тому готовиться.
Правила, сформулированные М.А. Рыбниковой, содержат важнейшие, ключевые принципы, без которых движение к демократизации процесса обучения и воспитания невозможно. Ключевыми, семантически значимыми, знаковыми сочетаниями слов в этих правилах являются «равные права», «выбор учащихся», «соединение классов и учебных заведений». Важным представляется комментарий М.А. Рыбниковой правила о том, что руководителем кружка должен быть избран один из авторитетных педагогов, а не ученик. Педагог справедливо полагает, что это ни в коем случае не отвергает идею равенства учащих и учащихся. Однако искусство руководителя – «вызывать споры, заставить высказываться, раззадорить бойцов – и в то же время держать в руках предмет спора, подчинить своей воле множество речей и мыслей. Это сможет сделать лишь наиболее авторитетный из среды учителей».
М.А. Рыбникова опровергает тезис об общественной пассивности молодежи; она считает, что молодежь «горит желанием работать, и сама жизнь выдвигает вперед один за другим вопросы первой важности». Задача руководителя состоит в отборе проблем, их формулировании, в признании членами кружка их значимости. Тогда «все члены кружка высказывают свои желания, свои наболевшие духовные нужды, – и счастлив будет тот кружок, который сумеет верно наметить точку приложения своих сил».
Литературные собрания (М.А. Рыбникова подчеркивает определенную условность этого названия), ибо «наибольшее внимание членов такого кружка сосредоточено совсем не на литературе, а на вопросах жизни, морали, на вопросах выработки мировоззрения» не имеют права на обюрокрачивание, превращение в скучное обязательное мероприятие, не должны повторять «сходки, заседания, собрания, революции», ибо все это «не совмещается с их настоящим делом, с наукой; все это мешает даже самому элементарному самообразованию, которое ведут кружки», в том числе и поэтому они должны проводиться редко и включать в себя, помимо чисто литературного содержания, элементы отдыха, приятного проведения внеурочного времени: совместного или индивидуального пения, танцев, чтения стихов, слушания музыки и т.д.
Книга М.А. Рыбниковой имеет не только общепедагогическое и методологическое значение. Очевиден ее прикладной характер: сформулированы темы работы кружка (укажем лишь основные направления: выбор профессии, вопросы миросозерцания, разнообразные аспекты философии, вопросы самоопределения, проблемы национального самосознания, «женский вопросы», «что такое литература?», лирическая поэзия, «международные сюжеты и западное влияние в русской литературе», творческие связи русских писателей (Толстой и Чехов). В книге дан подробный список литературы. В связи со спецификой и тематикой диссертационного исследования и вследствие ограниченности объемов диссертации мы не характеризуем чисто методические методы и приемы работы кружка под руководством М.А. Рыбниковой, но ее значение для практической методики внеклассной работы по предмету весьма значительно.
Таким образом, в вяземский период М.А. Рыбникова не только теоретически сформулировала, но и практически проверила новые возможности содержания внеурочной деятельности учащихся. Изучение культуры родного края, обработка полученных материалов повышали интерес учащихся к предмету, давали им более широкий общекультурный кругозор, учили чувствовать и понимать своеобразие национального русского характера. Вместе с тем М.А. Рыбникова формировала интернациональное и гуманистическое миропонимание учащихся, о чем свидетельствует тематика чтений, проводимых ею с учащимися вяземских гимназий.
М.А. Рыбникова одной из первых в школе русской провинции провела работу по обновлению содержания кружковой работы с учащимися, создав межгимназический кружок, деятельность которого привлекла широкое учительское внимание не только в регионе, но и в России в целом. Установка на демократические формы и способы общения, в частности, по созданию Дома юности, избранные педагогом, развивали прогрессивные педагогические идеи Вентцеля, Толстого, Вахтерова.
Литература
1. Болдырев Н.И. Методика воспитательной работы в школе. – М., 1981.
2. Бочаров Г.К. Двадцатые годы М.А. Рыбниковой // Литература в школе, 1967. – № 4.
3. Бродский Иосиф. Нобелевская лекция. 1987 // Бродский Иосиф. Стихотворения. – Таллинн: Ээсти раамат; Александра, 1991.
4. Василевич В. Московский съезд представителей учительских обществ взаимопомощи. – М., 1905.
5. Вахтеров В.П. Избранные педагогические сочинения – М., 1987.
6. Вахтеров В.П. Всеобщее обучение. – М., 1897.
7. Вахтеров В.П. Спорные вопросы образования, 1907.
8. Вахтерова Э.О. В.П. Вахтеров, его жизнь и работа. – М.: АПН РСФСР, 1961.
9. Вернадский В.И. Научная мысль как планетарное явление. – М., 1991.
10. Вестник воспитания, . – М., 1906. – № 9.
11. Виноградов И.П. Торгово-промышленный очерк г. Вязьмы с 1782-1860 г. // Смоленский вестник, 1882. – №№ 20, 25, 27, 32, 36, 41, 45.
12. Виноградов И.П. Состояние образованности в г. Вязьме прежде и теперь // Смоленский вестник, 1891.№ – 36, 38.
13. Виноградов И.П. Образование в г. Вязьме и средства к нему // Смоленский вестник, 1893. – № 39.
Виноградов И.П. Вяземские писцовые книги князя Волконского 1627 г. // Смоленские епархиальные ведомости, 1882.
|
Контакты
